Права миноритарных акционеров в корпоративном праве США (на примере штата Делавэр)

(Будылин С. Л.) («Журнал российского права», 2008, N 7)

ПРАВА МИНОРИТАРНЫХ АКЦИОНЕРОВ В КОРПОРАТИВНОМ ПРАВЕ США (НА ПРИМЕРЕ ШТАТА ДЕЛАВЭР)

С. Л. БУДЫЛИН

Будылин Сергей Львович — старший юрист московского представительства компании «Roche & Duffay».

Базовый принцип, лежащий в основе корпоративного законодательства как России, так и зарубежных стран, состоит в том, что каждая обыкновенная акция акционерного общества (компании, корпорации и т. д.) предоставляет ее владельцу одинаковый объем прав. То есть владелец, скажем, 10% обыкновенных акций компании получает право на 10% голосов при решении вопросов общим собранием акционеров, а также на 10% дивидендов, распределяемых компанией (с некоторыми оговорками, касающимися возможного выпуска привилегированных акций и др.) <1>. ——————————— <1> См., напр.: Сыродоева О. Н. Акционерное право США и России (Сравнительный анализ). М., 1996.

Казалось бы, такое пропорциональное распределение прав между акционерами совершенно логично и не вызывает сомнений в его справедливости. Однако в настоящее время законы большинства развитых стран вносят определенные коррективы в этот простой принцип, предоставляя держателям миноритарных пакетов акций некоторые дополнительные права, не следующие из принципа пропорциональности. Логика предоставления дополнительных прав миноритарным акционерам состоит в том, что держатель мажоритарного пакета, имея управленческий контроль в компании, может вести дела компании таким образом, что интересы миноритарных акционеров окажутся ущемленными в пользу мажоритарного акционера. Простейший пример — продажа по заниженной стоимости ценных активов компании ее собственному мажоритарному акционеру либо аффилированным с ним структурам. В подобной ситуации законодательство большинства стран тем или иным образом защищает интересы миноритария. К методам защиты миноритариев можно отнести положения закона, предусматривающие дополнительные права миноритариев при голосовании (например, механизм кумулятивного голосования при выборах совета директоров) <2>; право требования выкупа акций по «справедливой цене» в определенных законом случаях; право на производный (косвенный) иск; право на групповой (коллективный) иск <3>. Кроме того, миноритарные акционеры могут иметь право на получение от компании определенной информации <4>. ——————————— <2> По-видимому, механизм кумулятивного голосования был впервые введен в корпоративное право в США (штат Иллинойс, 1870 г.). См.: Сумской Д. А. Образование органов юридического лица // Российская юстиция. 2007. N 1. (См. также приведенные в статье ссылки.) —————————————————————— КонсультантПлюс: примечание. Статья Ю. В. Романовой «Защита прав миноритарных акционеров по российскому и зарубежному гражданскому праву» включена в информационный банк согласно публикации — «Юрист», 2004, N 8. —————————————————————— <3> Романова Ю. В. Защита прав миноритарных акционеров в российском и зарубежном гражданском праве // Журнал российского права. 2004. N 10. <4> См., напр.: Кравченко Р. С. Корпоративное управление: обеспечение и защита права акционеров на информацию (российский и англо-американский опыт). М., 2002; Кравченко Р. С. Право на информацию в акционерном законодательстве России, США и Канады // Закон. 2002. N 9.

Быть может, наиболее актуальна в настоящее время защита прав миноритариев при слияниях и поглощениях компаний, равно как и при других фундаментальных сделках (то есть при сделках, предполагающих смену контроля над бизнесом). Именно здесь руководство компании имеет наибольшие возможности для манипуляций с оценочной стоимостью акций и вообще с условиями сделки. Законодатели и суды развитых стран прилагают немало усилий к тому, чтобы интересы держателей миноритарных пакетов акций при таких операциях не ущемлялись. Однако не следует забывать и об интересах большинства. Предоставление слишком больших прав миноритариям позволило бы им, по существу, шантажировать мажоритариев, блокируя экономически эффективные сделки слияния и поглощения, пока миноритарный пакет не будет выкуплен по неоправданно высокой цене. Многие страны, включая Россию и страны Европейского союза (ЕС), решают проблему баланса между правами миноритариев и мажоритариев при фундаментальных сделках следующим образом. Лицу, скупившему определенный пакет акций компании (обычно 90 — 95%), предоставляется право принудительного выкупа у миноритариев и оставшихся акций. Симметричным образом миноритарию предоставляется право принудительной продажи своих акций лицу, скупившему определенную долю акций компании. В странах общего права и в особенности в США, помимо самого корпоративного законодательства, чрезвычайно большую роль в защите миноритариев играют судебные решения (суды в странах общего права, как известно, выполняют не только правоприменительную, но и нормотворческую функции) <5>. Во многих случаях суды берут на себя оценку справедливости условий, на которых осуществлялась фундаментальная сделка. Это позволяет решить дело в пользу миноритариев, если сделка признана несправедливой, даже когда все требования корпоративного законодательства формально соблюдены. Отметим, что именно прецедентная часть корпоративного права США в российской юридической литературе исследована очень слабо. Настоящая статья имеет целью отчасти восполнить этот пробел и посвящена анализу положений закона, имеющих отношение к защите прав миноритариев в США на примере штата Делавэр. Здесь не рассматриваются вопросы, относящиеся к фидуциарным обязанностям директоров и порядку одобрения сделок с заинтересованностью, так как это отдельная большая тема <6>. ——————————— <5> См., напр.: Кравченко Р. С. Судебная и внесудебная защита прав акционеров (корпоративное законодательство в США) // Журнал для акционеров. 2001. N 3. <6> Отметим, что одной из важных тенденций развития корпоративного права США является усиление ответственности директоров корпораций перед акционерами. См., напр.: Терновая О. А. Правовое положение американских корпораций, осуществляющих план акционерной собственности работников // Журнал российского права. 2004. N 4.

США принадлежат к той же правовой системе, что и Великобритания — к системе общего права. Однако корпоративное законодательство США не имеет общего корня с британским аналогом, так как в обеих странах первые варианты близкого к современному законодательства о юридических лицах появились лишь в XIX в. и совершенно независимо друг от друга. Аналог континентально-европейского акционерного общества и британской компании с ответственностью, ограниченной акциями, в США именуется «корпорация» (corporation). США — федеративное государство, и каждый штат имеет свое собственное корпоративное законодательство. Здесь мы рассмотрим лишь законодательство штата Делавэр как одно из наиболее развитых и гибких. Именно в этом штате зарегистрированы многие крупные американские корпорации, даже фактически ведущие деятельность в других штатах. В частности, именно в Делавэре зарегистрировано 50% всех публичных корпораций США и 60% корпораций, вошедших в рейтинг Fortune’500. Общая численность корпораций, зарегистрированных в штате, превышает 800 тысяч. Таким образом, Делавэр является бесспорным лидером как база для создания публичных корпораций американскими предпринимателями <7>. До некоторой степени корпоративное право Делавэра служит образцом для подражания и в других штатах. Поэтому анализ положений корпоративного права Делавэра особенно важен для осмысления корпоративного права США в целом. Деятельность корпораций Делавэра регулируется Общим законом о корпорациях (General Corporation Law) (далее — Закон Делавэра). ——————————— <7> О причинах доминирования Делавэра как базы для инкорпорации компаний см.: Kamar E. A Regulatory Competition Theory of Indeterminacy in Corporate Law // Columbia Law Review. 1998. Vol. 98. P. 1908 (в качестве одной из причин указывается эффективность судебной системы Делавэра).

Буква закона. Корпорацию Делавэра можно отличить от других организационно-правовых форм по одному из слов (corporation, incorporated, company, limited и др.) или соответствующей аббревиатуре в ее названии. Мы будем рассматривать только корпорации с акциями (stock corporation). Основным учредительным документом корпорации является ее сертификат инкорпорации (certificate of incorporation). По существу, это аналог учредительного договора, который после проставления на нем отметки регистрирующего органа (госсекретаря штата) выполняет также функцию свидетельства о регистрации (ст. 102 Закона Делавэра). В сертификате инкорпорации содержатся наиболее важные положения, регулирующие внутренние дела корпорации. Что касается устава (bylaws), он представляет собой внутренний документ корпорации, не подлежащий регистрации в государственном органе (ст. 109 Закона Делавэра). Любой акционер корпорации имеет право доступа к реестру ее акционеров и другим документам. Однако для получения этого доступа он должен под присягой подтвердить цель этого шага, которая должна быть «надлежащей» (ст. 220 Закона Делавэра). Собрание акционеров может быть созвано советом директоров или лицами, указанными в сертификате инкорпорации или в уставе (ст. 211 Закона Делавэра). Акционер имеет право на производный иск от имени корпорации (обычно такой иск предъявляется к директорам в связи с ненадлежащим выполнением ими своих обязанностей), но истец по общему правилу должен быть акционером во время сделки, которую он оспаривает (а не приобрести свои акции позднее) (ст. 327 Закона Делавэра). Если иное не предусмотрено сертификатом инкорпорации, каждой акции соответствует один голос (ст. 212 Закона Делавэра). Сертификат инкорпорации может предусматривать возможность кумулятивного голосования при выборах директоров (ст. 214 Закона Делавэра). Если иное не предусмотрено сертификатом инкорпорации или уставом, акционеры решают вопросы большинством голосов от присутствующих на собрании и имеющих право голоса (а не от участвующих в голосовании!), за исключением выборов директоров, которые осуществляются относительным большинством голосов (plurality) (ст. 216 Закона Делавэра). Если иное не предусмотрено сертификатом инкорпорации, голосование на собрании может быть заменено письменным согласием акционеров, как если бы они все присутствовали на собрании (ст. 228 Закона Делавэра). Таким образом, требование квалифицированного большинства не содержится в Законе, хотя и может быть предусмотрено учредительными документами. Изменения в сертификат инкорпорации вносятся по представлению совета директоров на собрании акционеров; для принятия решения требуется большинство голосов по каждому классу голосующих акций, причем от общего количества выпущенных акций (а не только от присутствующих на собрании или от участвующих в голосовании) (ст. 242 Закона Делавэра). Для отчуждения или сдачи в аренду «всех или почти всех» активов корпорации совет директоров должен получить одобрение владельцев большинства выпущенных голосующих акций, аналогичное большинство требуется и для роспуска компании по предложению совета директоров (ст. 271, 275 Закона Делавэра). Сделки слияния и поглощения по общему правилу («обычное» поглощение) также по представлению совета директоров одобряются на собрании акционеров каждой корпорации, причем большинством от выпущенных акций (ст. 251 Закона Делавэра). Однако если речь идет о поглощении материнской корпорацией ее дочерней корпорации, в которой первая корпорация владеет не менее 90% акций, то достаточно решения директоров материнской компании; не требуется одобрения ни директоров, ни акционеров дочерней корпорации (так называемое упрощенное поглощение, short-form merger) (ст. 253 Закона Делавэра). В обоих случаях условия слияния могут предполагать выкуп акций миноритарного акционера за денежные средства или какие-либо ценные бумаги. Акционеры, не согласные с условиями слияния или поглощения, имеют право потребовать выкупа их акций по справедливой стоимости (fair value), определяемой судом (appraisal right). Суд определяет справедливую стоимость «с учетом всех существенных факторов», но при этом не учитывается возможный прирост стоимости, являющийся результатом самого слияния или поглощения (ст. 262 Закона Делавэра). Неписаные правила. Чрезвычайно большую роль в успехе Делавэра как привлекательной юрисдикции для создания коммерческих организаций играют суды Делавэра, славящиеся своей эффективностью. Не в последнюю очередь эта эффективность обусловлена тем, что корпоративные дела рассматриваются специализированным судом — Судом справедливости (Chancery Court) (в его юрисдикции находятся также и некоторые другие виды дел, например, связанные с трастами). Апелляционной инстанцией является Верховный Суд (Supreme Court) Делавэра. В соответствии с принципами общего права суды Делавэра выполняют не только правоприменительную, но и наряду с органами представительной власти правотворческую функцию <8>. ——————————— <8> Grossbauer J. F., Morton M. A., Anderson M. R. Recent Developments in Delaware Law Concerning Standards of Judicial Review in Going Private Transactions. Доступно по адресу: http://library. findlaw. com (опубликовано в 2005 г.).

В частности, именно суды Делавэра сформулировали важные принципы защиты миноритариев при принудительном выкупе их акций (freeze-out). В последнее время этот вопрос приобрел в США большую актуальность: по результатам ряда корпоративных скандалов (Enron и др.) на публичные компании был возложен целый ряд обременительных обязанностей в части отчетности и др. (Sarbanes-Oaxley Act 2002), ввиду чего многие публичные компании предпочли преобразоваться в частные, акции которых не предлагаются публике. Однако для этого необходимо было выкупить акции всех мелких инвесторов, что реально возможно сделать только в рамках поглощения («обычного» или «упрощенного»). Отметим, что, помимо права Делавэра, сделки по преобразованию публичных компаний в частные регулируются федеральным законодательством о ценных бумагах, требующим, в частности, детального раскрытия перед миноритариями информации о сделке (17 C. F.C. § 240.13e-3). В соответствии с фундаментальными принципами англосаксонского права директора корпорации несут серьезные фидуциарные обязательства перед акционерами, причем как перед мажоритарными, так и перед миноритарными. Это значит, в частности, что утвержденные директорами поглощаемой корпорации условия поглощения должны не только соответствовать букве закона, но и быть «справедливыми» (прежде всего, по отношению к миноритарию, так как директора обычно представляют интересы мажоритария, осуществляющего поглощение). В некоторых случаях фидуциарные обязанности распространяются и на акционера-мажоритария, фактически осуществляющего руководящую функцию в корпорации <9>. ——————————— <9> О регулировании слияний и поглощений в писаном и прецедентном корпоративном праве США, включая Делавэр, см.: Allen W. T., Kraakman R. Commentaries and Cases on the Law of Business Organization. N. Y., 2003. P. 423 — 497.

Разумеется, в любом случае за судом остается право контроля правомерности условий сделки. Однако в зависимости от ситуации стандарты контроля, применяемые судом, могут существенно варьироваться. Применительно к «обычному» поглощению (по ст. 251 Закона Делавэра) Верховный Суд Делавэра в 1983 г. сформулировал стандарт «контроля на полную справедливость» (entire fairness review) (Weinberger v. UOP, Inc., 457. A.2d 701 (Del 1983)). Отметим, что тот же стандарт применяется в Делавэре и при судебной оценке сделок с заинтересованностью. «Контроль на полную справедливость» означает совместное применение двух критериев, один из которых качественный, а второй — количественный. Во-первых, директора должны продемонстрировать суду, что решение было принято по отношению к меньшинству справедливо в процедурном смысле (fair dealing). Во-вторых, необходимо доказать, что и утвержденная ими цена также является справедливой (fair price). Стандартным методом обеспечения «справедливой процедуры» в настоящее время является создание поглощаемой корпорацией специального комитета независимых директоров, которые ведут с мажоритарием переговоры об условиях поглощения на принципах «вытянутой руки» (как с независимым контрагентом). Однако, даже если такой комитет был создан и согласовал условия сделки, это не снимает возможности «контроля на полную справедливость» со стороны суда. Вместо этого, как явствует из другого решения Верховного Суда Делавэра, создание подобного комитета всего лишь перемещает бремя доказывания с ответчика на истца: в этом случае уже истец (миноритарий) должен с фактами в руках доказывать, что процедура или цена были несправедливыми (Kahn v. Lynch Communication Systems, Inc., 638. A.2d 1110 (Del. 1994)). Аналогичный эффект, согласно еще одному решению Верховного Суда Делавэра, достигается, если условия поглощения одобрены по принципу «большинством меньшинства» (majority of the minority), т. е. большинством голосов акционеров-миноритариев, акции которых выкупаются. Такая процедура также не освобождает сделку от «контроля на полную справедливость», но перемещает бремя доказывания на истца (Rosenblatt v. Getty Oil Co., 493 A.2d 929 (Del. 1985)). Если сделка слияния не прошла судебной проверки на «полную справедливость», последствия могут быть самыми драматичными. Суд может выбрать меру ответственности по своему усмотрению, от денежной компенсации миноритариям до признания сделки полностью недействительной. На практике речь чаще всего идет о денежной компенсации, но при этом суды не чувствуют себя связанными положениями писаного Закона о том, что не должен учитываться прирост стоимости, вызванный самим поглощением (ст. 262 Закона Делавэра). То есть несправедливо изгнанные из корпорации миноритарии могут получить долю от «синергетического эффекта» (увеличения эффективности экономической деятельности) при поглощении. Такая мера, очевидно, призвана не столько компенсировать ущерб обманутого миноритария, сколько наказать нечестного мажоритария, действующего через совет директоров поглощаемой корпорации в нарушение фидуциарных обязанностей последнего. Таким образом, требуемая судами процедура поглощения одной корпорацией другой корпорации фактически гораздо более обременительна, чем та, что предусмотрена непосредственно нормативным актом. Нормативный акт предусматривает всего лишь одобрение сделки советом директоров и большинством голосов акционеров обеих корпораций (ст. 251 Закона Делавэра). Согласно судебным прецедентам, требуется также одобрение поглощения либо специальным комитетом независимых директоров поглощаемой корпорации, либо большинством голосов миноритариев. Однако и соблюдение этих требований не снимает возможности судебного «контроля на полную справедливость» поглощения по иску недовольных миноритариев, а лишь перемещает на последних бремя доказывания. Альтернативный метод принудительного выкупа акций миноритариев основан на процедуре «упрощенного» поглощения (дочерней корпорации по ст. 253 Закона Делавэра). Он состоит из двух шагов. Во-первых, корпорация, заинтересованная в поглощении другой корпорации, но пока не владеющая в ней 90% капитала, делает публичное предложение о приобретении ее акций. При этом, согласно действующим федеральным правилам для публичных корпораций, совет директоров поглощаемой корпорации может высказаться за поглощение, против поглощения либо сохранить нейтральность. Как правило, для этой цели также создается комитет независимых директоров, оценивающий сделку по принципу «вытянутой руки». Если совет директоров высказался за поглощение, он выпускает рекомендацию для акционеров по установленной федеральным нормативным актом форме (Schedule 14D-9), причем на это у него есть всего лишь десять дней (17 C. F.C. § 240.14d-9). Во-вторых, если по результатам публичного предложения заинтересованная корпорация получила 90% акций, производится «упрощенное» поглощение, которое, напомним, не требует одобрения ни директоров, ни акционеров поглощаемой корпорации. Само публичное предложение, как правило, делается под условием получения не менее 90% акций. В течение долгого времени предполагалось, что принцип судебного «контроля на полную справедливость» распространяется и на «упрощенное» поглощение. Однако в 2001 — 2002 гг. суды Делавэра сформулировали иной более либеральный подход применительно к «упрощенному» поглощению. Это сделало возможным широкое применение альтернативного метода принудительного выкупа акций. Еще в 1996 г. Верховный Суд Делавэра определил, что вопреки ранее сложившейся практике предложение о приобретении акций корпорации, сделанное мажоритарием, не подлежит «контролю на полную справедливость». Мотивировка состоит в том, что, поскольку закон не предписывает обязательного одобрения сделки руководящим органом корпорации, такая сделка является обычной коммерческой транзакцией между акционерами, не подразумевающей конфликта интересов. Соответственно, никаких ограничений на цену сделки не накладывается: мажоритарий не обязан предлагать непременно «справедливую» цену (Solomon v. Pathe Communications Corp., 672. A.2d 33 (Del. 1996)). В 2001 г. подобная аргументация была распространена и на последующее поглощение дочерней корпорации. Согласно решению Верховного Суда Делавэра, при отсутствии мошенничества или незаконных действий со стороны мажоритария единственным средством судебной защиты, которое может получить миноритарный акционер, возражающий против «упрощенного» поглощения, является судебная оценка стоимости его акций (предусмотренная ст. 262 Закона Делавэра) (Glassman v. Unocal Exploration Corp., 777. A.2d 242 (Del. 2001)). То есть судебный «контроль на полную справедливость» не производится, но все же миноритарий имеет право на получение «справедливой стоимости» акций. Следуя той же логике, Суд справедливости Делавэра в одном из дел отказал в применении «контроля на полную справедливость» к принудительному выкупу акций по результатам публичного предложения: поскольку не было нарушений в части раскрытия информации, а предложение не было «насильственным» (coercive), то мажоритарий не был обязан предлагать миноритарию «справедливую цену» (In re Siliconix Shareholders’ Litigation, 2001 WL 716787 (Del. Ch. 2001)). Год спустя другим решением было уточнено, что именно понимается под предложением контролирующего акционера (мажоритария), не являющимся «насильственным». Был сформулирован критерий из трех пунктов: 1) предложение должно быть обусловлено одобрением со стороны «большинства меньшинства» (большинства неконтролирующих акционеров); 2) контролирующий акционер обязуется по результатам предложения совершить «упрощенное» поглощение по той же цене, что и цена предложения; 3) контролирующий акционер не делал «угрожающих заявлений» (retributive threats). Отметим, что одобрения директоров поглощаемой корпорации не требуется (хотя до некоторой степени оставлен открытым вопрос о стандарте судебного контроля, если такое одобрение получено) (In re Pure Resources, Inc., 808. A.2d 421 (Del. Ch. 2002)). Таким образом, процедура принудительного выкупа акций меньшинства в связи с «упрощенным» поглощением, следующим за предложением о приобретении акций, гораздо менее обременительна, чем та, что предусмотрена для «обычного» слияния. Писаный Закон не предусматривает одобрения сделки ни акционерами, ни директорами поглощаемой корпорации. Однако, согласно судебным прецедентам, чтобы предложение считалось «не насильственным», оно должно одобряться большинством миноритариев, сам принудительный выкуп должен осуществляться по цене исходного предложения, а покупатель не должен прибегать к угрозам. Не должно быть также и нарушений, связанных с раскрытием информации. Одобрения предложения директорами поглощаемой корпорации суды не требуют. При указанных условиях жесткий стандарт «контроля на полную справедливость» судами Делавэра не применяется. Миноритарий имеет право лишь на судебную оценку «справедливой стоимости» его акций. Как видим, стандарт судебной оценки сделки по принудительному выкупу акций меньшинства существенно отличается в случае «обычного» поглощения и «упрощенного» поглощения, связанного с публичным предложением о приобретении акций. Однако в обоих случаях требования судов выше, чем те, что установлены писаным Законом. Суды считают своим долгом защитить мелкого держателя акций от могущественного контролирующего акционера, который может устанавливать несправедливые условия сделки. Как отмечается в одном из упомянутых судебных решений, «Верховный Суд [Делавэра] рассматривал контролирующего акционера как 800-фунтовую гориллу, чье желание немедленно сожрать все остальные бананы, вероятно, напугает менее могучих приматов, таких, как мнимо независимые директора, которые, скорее всего, были подобраны самой же гориллой» (In re Pure Resources, 808. A.2d 436). Итак, на первый взгляд корпоративное законодательство Делавэра довольно скромно в защите прав миноритариев. Акционер имеет право на доступ к определенным документам корпорации, а также право на производный иск от имени корпорации. Закон не предписывает принятия каких-либо решений акционеров квалифицированным большинством (хотя наиболее серьезные решения требуют большинства от всех голосующих акций, а не только от присутствующих на собрании). Закон допускает возможность принудительного выкупа акций меньшинства в двух случаях. В случае «обычного» поглощения для совершения сделки требуется одобрение акционеров и директоров поглощаемой корпорации. В случае «упрощенного» поглощения (дочерней на 90% корпорации) такого одобрения не требуется, решение принимается директорами материнской компании. В обоих случаях миноритарий имеет право на судебную оценку «справедливой стоимости» выкупаемых у него акций. В реальности степень защиты маленького человека в Делавэре гораздо выше, чем может показаться на основе изучения текста нормативного акта. Значительную роль в защите миноритариев играют суды Делавэра. Так, дополнительно к требованиям писаного Закона суды устанавливают определенные требования к процедуре принудительного выкупа акций. В случае «обычного» поглощения производится судебный контроль на «полную справедливость» сделки, т. е. на «справедливую процедуру» и «справедливую цену». Для обеспечения «справедливой процедуры» сделка одобряется комитетом независимых директоров или «большинством меньшинства» акционеров. Однако и соблюдение этих формальностей не снимает возможности контроля на «полную справедливость», а лишь перемещает бремя доказывания на истца (недовольного сделкой миноритария). В случае «упрощенного» поглощения контроля на «полную справедливость» не производится, если предложение о покупке акций не является «принудительным». Для этого оно, в частности, должно быть одобрено «большинством меньшинства» акционеров поглощаемой корпорации. Однако одобрения ее директоров, вообще говоря, не требуется. Таким образом, второй вариант выкупа гораздо менее обременителен для контролирующего акционера. В любом случае за миноритарием остается право судебной оценки «справедливой стоимости» своих акций, т. е. на принудительную продажу контролирующему акционеру своих акций именно по этой стоимости. В большинстве стран корпоративное право предусматривает определенные гарантии прав акционеров-миноритариев. Так, наиболее важные решения, например изменения в учредительных документах компании, могут требовать одобрения квалифицированным большинством акционеров. Однако в некоторых юрисдикциях общего права (включая Делавэр) закон не устанавливает требования квалифицированного большинства, хотя компания может ввести это требование своими учредительными документами. Другой вариант на ту же тему — требование одобрения важнейших решений большинством от выпущенных акций, а не большинством от голосующих или присутствующих на собрании (именно так принимаются некоторые виды решений в Делавэре). Акционер всегда имеет право на доступ к определенным документам компании. Нередко держателям определенных пакетов акций предоставляются некоторые дополнительные права, такие, как право созыва внеочередного собрания акционеров. Разумеется, акционер всегда может обратиться в суд с иском о нарушении его прав. Дополнительно к этому в определенных законом случаях акционер имеет право производного иска от имени компании (как правило, к ее руководству). Изначально такой иск был характерен для стран общего права, но в настоящее время он воспринят и юрисдикциями континентального права, включая Россию. Традиционно в странах общего права весьма большую роль в вопросах корпоративного права играют суды. В частности, в Делавэре суды установили специальные требования к процедуре принудительного выкупа акций меньшинства, не предусмотренные писаным Законом («контроль на полную справедливость»). В случае нарушения этих требований суд может избрать меру ответственности по своему усмотрению вплоть до признания сделки по поглощению недействительной.

——————————————————————